РЕРИХИ И БЕЛАРУСЬ
сайт информационно-просветительской группы

Защита Имени и Наследия Рерихов


13.02.2019

(С сайта Международного Центра Рерихов)

А.Стеценко. Как Министерство культуры при помощи Верховного Суда разрушает негосударственное музейное пространство России

Итоги брифинга Министерства культуры РФ (23.01.2019)

 vsud2.jpg

Принятие в 1992 году «Основ законодательства Российской Федерации о культуре», утвержденных Верховном Советом Российской Федерации 9 октября 1992 года, и Федерального закона № 54 «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» в 1993 году вселяло уверенность, что в России начнет формироваться негосударственное музейное пространство, которое для сохранения культурного наследия нашей страны является чрезвычайно важным.

Следует напомнить, что ведущие государственные музеи страны обязаны своим существованием собирательской деятельности коллекционеров и меценатов; приобретенные ими культурные ценности сосредотачивались в негосударственных галереях и музеях еще в царской России. Если бы этого собирательства не было или правительство дореволюционной России ему препятствовало, то мы бы сегодня не имели ни Третьяковской галереи, ни Государственного музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина, ни других знаменитых музеев. Поэтому частная и общественная инициатива в этом вопросе является важным условием для сохранения культурного наследия страны.

В 1990-е годы общество надеялось, что власть выполнит заявленные обязательства о развитии негосударственной (общественной) формы культуры, но этого не случилось. Напротив, она делала все, чтобы уничтожить появившиеся ростки общественной активности в сфере культуры. Утвержденные в 2014 году Указом Президента РФ «Основы государственной культурной политики», пусть и с опозданием на 22 года (в 1992 году были приняты «Основы законодательства Российской Федерации о культуре»), еще вселяли некоторую уверенность, что правительство начнет поддерживать инициативу общественности, направленную на сохранение культурного достояния России. Но нынешняя команда министра культуры В.Р.Мединского так «укатала» все законодательные инициативы в этом вопросе, что мы уже потеряли всякую надежду на возрождение частной и общественной инициативы. Поэтому мы вправе говорить о полной несостоятельности законодательства, направленного на развитие в России общественной формы культуры.

Наглядным и показательным примером этому служат многочисленные факты, свидетельствующие о том, как Минкульт при поддержке силовых структур, надзорных и судебных органов более трех лет «кошмарил» самую крупную международную общественную организацию «Международный Центр Рерихов» (МЦР). Кульминацией его разрушительной активности стало то, что общественный Музей имени Н.К.Рериха МЦР, основанный в 1989 году выдающимся представителем русской культуры Святославом Николаевичем Рерихом, созданный МЦР и усилиями общественности, в апреле 2017 года был захвачен, варварски разрушен, а все музейные ценности, принадлежащие общественной организации (по самым приблизительным оценкам их стоимость может составлять несколько миллиардов долларов и даже более), – незаконно присвоены Минкультом без всякого решения суда. О том, какой общественный музей потеряла Россия, вы можете узнать по ссылке: http://roerich.museum.

Когда злоупотребления чиновников в экономическом секторе при министре Мединском переходят в пространство культуры и при этом защищаются властью, это может свидетельствовать лишь об одном – о полной несостоятельности всей культурной политики государства.

Чтобы уйти от справедливого наказания за разрушение общественного Музея МЦР и не возвращать ему захваченное наследие Рерихов руководство Минкульта стремится уничтожить МЦР. Учитывая то, что нас не удалось ликвидировать, опять же по инициативе Минкульта, как экстремистскую организацию, был запущен механизм введения МЦР в состояние принудительного банкротства. С этой целью в 2016 году с подачи Минкульта была проведена внеплановая проверка, которая «выявила» использование в музейной деятельности МЦР подаренных нашей организации картин, за что был начислен налог со штрафными санкциями на общую сумму около 60 млн. руб. Смысл такой логики заключается еще и в том, что музейные предметы, по мнению г-на Рыбака, могут храниться только в музеях, а коль скоро общественная организация МЦР не является музеем в смысле, определяемом законом, то находящиеся в ней и не поставленные на учет в негосударственную часть Музейного фонда ценности музейными предметами не являются.

Позиция МЦР заключается в следующем: картины Рерихов в соответствии с законодательством рассматриваются как безусловные культурные ценности и в связи с этим являются музейными предметами, как это трактуется в законе: «Музейный предмет – культурная ценность, качество либо особые признаки которой делают необходимым для общества ее сохранение, изучение и публичное представление» [1]. В данном Законе вы нигде не найдете положения о том, что музейный предмет является таковым только в случае его включения в Музейный фонд РФ. А принимая во внимание другое положение Федерального закона № 54 о том, что отражение музейных предметов и музейных коллекций на балансе не допускается [2], МЦР не указывал их на своем балансе как основные средства и не платил налог, но учитывал эти картины в соответствии с едиными правилами учета музейных предметов. В отношении того, является ли МЦР музеем или нет, сообщаю, что МЦР действительно не является музеем в смысле юридического лица, зарегистрированного как музей. Но это вовсе не значит, что он не имеет права хранить у себя наследие Рерихов, которое ему было передано С.Н.Рерихом и другими собственниками, а также вести музейную деятельность: сохранять, изучать и публично представлять это наследие [3]. Это утверждает не автор данной статьи, г-н Рыбак и г-жа Завьялова. Это утверждает Федеральный закон № 54, который заинтересованные лица так превратно пытаются трактовать: «Музейные предметы и музейные коллекции, не включенные в состав Музейного фонда Российской Федерации, подлежат учету, хранению и использованию в порядке, установленном едиными правилами. Положения настоящей статьи распространяются на музеи и иные организации, в собственности, во владении или в пользовании которых находятся музейные предметы и музейные коллекции» [4].

Не согласившись с решением налогового органа, МЦР обратился с иском в Арбитражный суд города Москвы с просьбой признать данное решение незаконным. Первая инстанция суда нам отказала. Апелляционная инстанция Арбитражного суда удовлетворила апелляционную жалобу МЦР и признала решение налоговой инспекции в большей его части незаконным, но кассационная инстанция по жалобе налоговой вновь признала его законным. МЦР подал жалобу в Верховный Суд. Судья Верховного Суда Т.В.Завьялова более полутора месяцев изучала это дело. Понятно волнение Министерства культуры: если следовать букве и сути закона, надо признавать решение налоговой инспекции незаконным. Но тогда разрушается вся цепочка действий по ликвидации организации, выстроенная с таким трудом в течение нескольких лет. И вот судья Верховного Суда 16 января 2019 года принимает решение [5], которое полностью устраивает Минкульт: она отказывает МЦР в передаче его жалобы для рассмотрения Верховным Судом. Так ради сохранения репутации Минкульта и налогового органа под прикрытием защиты интересов государства Верховный Суд запросто расправился с общественной организацией, которая на протяжении более 27 лет на самом высоком уровне вела работу по собиранию, популяризации и сохранению для будущих поколений наследия Рерихов.

Я не буду анализировать данное решение, пусть этим занимаются специалисты. Могу только сказать, что я был бы очень благодарен судье, если бы она подкрепила свои выводы конкретными ссылками на положения Федерального закона № 54 «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации», что она, к сожалению, так и не сделала в своем определении.

Представляю, как радовался г-н Рыбак, так как это решение не только может приблизить конец МЦР, но и может позволить избежать наказания за незаконное разрушение его общественного Музея и захват не принадлежащих государству музейных ценностей, а также предоставит Минкульту возможность «пустить под нож» остальные негосударственные организации и присвоить принадлежащие им культурные ценности. Данное определение судьи Верховного Суда г-жи Завьяловой к тому же позволяет Минкульту внести изменения в законодательство и окончательно похоронить любую инициативу общественности к собирательству и сохранению культурных ценностей в России.

Именно об этом свидетельствует брифинг, прошедший в Министерстве культуры 23 января 2019 года и посвященный вопросам учета музейных ценностей, поводом для которого явилась «недавняя позиция Верховного Суда» [6].

Советник министра К.Е.Рыбак, по своему обыкновению, снова обрушил на МЦР поток лжи. Но сейчас опровергать эту ложь нет особой необходимости, поскольку мы неоднократно уже это делали, да и вопросы, затронутые в настоящей статье, касаются не только МЦР, но и всех негосударственных музеев, частных галерей и других общественных организаций, где выставлены музейные предметы, не включенные в состав негосударственной части Музейного фонда. Не ошибусь, если предположу, что ни один негосударственный музей или частная галерея не поставили свои коллекции на учет в Музейный фонд, так как Закон в обязательном порядке этого пока еще не требует. Это право собственника культурной ценности, ставить ли ее на учет в Музейный фонд или нет, а не его прямая обязанность. Но от этого культурные ценности, находящиеся в негосударственных музеях и иных организациях и им принадлежащие, не утрачивают свойства «музейных предметов», как это трактуется в статье 3 Федерального закона № 54 и в остальных его положениях.

Однако теперь, после определения судьи Верховного Суда Т.В.Завьяловой от 16 января 2019 года, у советника министра К.Е.Рыбака появляются основания утверждать следующее: «Судом было указано два направления движения: либо организация учитывает имущество как именно имущество, как положено в бухгалтерском учете в соответствии с установленными правилами, либо подает заявление о включении этого имущества в состав Музейного фонда. Но обратите внимание на важную деталь – всегда первоначально должна следовать необходимость учета поступаемого имущества в бухгалтерском учете. То есть если организация получает произведение искусства, она должна его учесть в бухгалтерском учете, потом подать заявление в Министерство культуры в установленном порядке и, если будет установлено, что предмет действительно обладает признаками музейного предмета и будет он включен в состав Музейного Фонда, дальше делают соответствующие бухгалтерские проработки по изменению его статуса в бухгалтерском учете» [7].

После такого утверждения можно предположить, что дальнейшие события будут развиваться по следующему сценарию:

1. Все культурные ценности (музейные предметы), принадлежащие негосударственным организациям, Министерство культуры будет требовать поставить на бухгалтерский учет как основные средства, с которых должен быть уплачен налог. Учитывая срок давности, налоговые органы по требованию министерства могут проверить любую такую организацию и привлечь ее к ответственности за нарушение налогового законодательства в период с 2016 по 2018 год включительно, так как, по мнению министерства, данные требования уже содержатся в первой редакции Федерального закона № 54 1993 года (?!) Для значительного большинства таких организаций возмещение в бюджет «упущенной выгоды» государства по неуплате налогов со штрафными санкциями будет непосильной ношей, что неминуемо приведет их к банкротству с последующим захватом всего имущества.

2. Ради спасения репутации теперь уже Верховного Суда Минкульт будет просто обязан инициировать внесение соответствующих изменений в законодательство о музеях России в том направлении, о котором так цинично рассуждал г-н Рыбак на брифинге.

По сути, пока еще существующие негосударственные музеи и организации, в собственности которых находятся культурные ценности, отдаются на заклание.

3. И наконец, решением судьи Верховного Суда г-жи Завьяловой заинтересованные чиновники получают узаконенный инструмент ликвидации любой негосударственной организации с последующим присвоением принадлежащих этой организации культурных ценностей.

После зловещей истории, произошедшей по вине Минкульта с МЦР и его прекрасным общественным Музеем имени Н.К.Рериха, и с учетом тех «радужных перспектив», которые открываются перед нашей культурой после заявления г-на Рыбака на брифинге, и ломанного гроша не стоят утверждения заместителя министра г-жи Маниловой о том, что «Министерство культуры, я хочу, чтоб вы об этом знали, сейчас активно работает и создает новые условия, законодательно-правовые, нормативные, для того, чтобы в России появлялось все больше и больше негосударственных частных музеев» [8].

Вместо того чтобы «кошмарить» негосударственные организации, лучше бы Минкульту обратить больше внимания на подотчетные ему государственные музеи и навести там порядок в учете и хранении музейных предметов. Гляди и не терялись бы в запасниках ценнейшие произведения искусства, как это было выявлено в Государственном Эрмитаже после проверки Счетной Палаты РФ или недавно произошло в Историческом музее в Москве, где 4 декабря 2018 года была обнаружена пропажа иконы XVI века, а заявили о пропаже и возбудили уголовное дело только 24 января 2019 года [9]. И не похищали бы картины во время выставки среди белого дня, что случилось в Третьяковской галерее совсем недавно. Следует также отметить, что, по данным самого Министерства культуры, по состоянию на 2016 год только 13,3% музейных предметов государственных музеев были включены в Музейный фонд РФ [10]. С таким отношением министерства к учету и сохранности государственного Музейного фонда можно предположить, что там скоро вообще ничего не останется. Видимо, Счетной Палате Российской Федерации снова предстоит большая работа.


1. Статья 3 Федерального закона № 54 «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации».

2. Статья 7 Федерального закона № 54 «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации».

3. Статья 3 Федерального закона № 54 «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации».

4. Статья 7 Федерального закона № 54 «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации».

5. Определение судьи Верховного Суда РФ Т.В.Завьяловой от 16 января 2019 г. по делу № 305-ТГ18-18425.

6. Брифинг Министерства культуры РФ, состоявшийся 23 января 2019 г. [Электронный ресурс] // Режим доступа: https://yadi.sk/i/bND_xMQ4CbCd4Q (дата обращения: 08.02.2019).

7. Там же.

8. Там же.

9. Полиция возбудила уголовное дело после кражи иконы в Государственном историческом музее [Электронный ресурс] // Новости в России и мире – ТАСС. Все новости 25.01.2019, 09:03. Режим доступа: https://tass.ru/proisshestviya/6039805 (дата обращения: 08.02.2019).

10. Статистика культуры 2016. Ежегодное справочное издание о состоянии культуры в Российской Федерации в цифрах. М., 2017. С. 36 [Электронный ресурс] // Сервер отраслевой статистки Минкультуры России. Режим доступа: https://stat.mkrf.ru/upload/statdoc/20180116.pdf (дата обращения: 08.02.2019).

Согласно действовавшей в 2016 году редакции ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 26.05.1996 № 54-ФЗ «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» музейные предметы считаются включенными в состав Фонда со дня регистрации соответствующего факта в Государственном каталоге Фонда.