Круглый стол
Л.В.Шапошникова



Материалы Международной научно-общественной конференции «Тернистый путь Красоты» (К 80-летию со дня рождения и 55-летию творческой деятельности Л.В.Шапошниковой), Минск, 2006


Круглый стол «Культура – синтез действенного блага»



И.А. Захаренко
Докторант института Истории естествознания и техники Российской академии наук, Республика Беларусь, Москва - Минск

ИСТОРИКО-НАУЧНОЕ ПОЗНАНИЕ ВОСТОКА
(в развитии идей Л.В. Шапошниковой)


С понятием «Восток» в представлении каждого из нас связана совокупность проблем, исканий, задач и достижений. Разнообразие народов и языков Востока, география, история и культура восточных цивилизаций поражают наше воображение. Огромнейший геополитический макрорегион азиатских и североафриканских стран является неисчерпаемым источником научного знания.

Исторически в Европе с целью познания Востока сложилось отдельное научное направление – ориенталистика как синтез геополитических, страноведческих, культурологических и филологических знаний. Позднее под востоковедением стали понимать науку, комплексно изучающую антропологию, археологию, географию, историю, культурологию, литературу, религию, философию, филологию, экономику, этнографию, языки стран и народов Востока. Но чем достигается эта комплексность? Только ли одним объектом изучения - «Восток»? Видимо, нет. Востоковедение соединяет все вышеперечисленные науки воедино, учитывая специфику восточных культур, внутренний мир восточных народов. Здесь очень важно понять восточное мировоззрение и его воздействие на политику и экономику стран Востока и Запада.

Возникает вопрос о том, почему современная форма познания мира – научная – не создала общепринятых, всесторонне разработанных комплексных концепций оптимизации отношений между обществом и природной средой, между мировым сообществом, государствами и народами мира, между человеком и обществом? Ответ, что если и возможно создать такие научные концепции, то в современном мире нет условий для ее реализации вследствие особенностей устройства общества, человечество устроить не может. Налицо кризис не только в сфере теоретико-познавательной деятельности, но и в сферах практической и духовно-философской человеческой деятельности.

Действительно реальный ответ на этот методологический вопрос дает Л.В. Шапошникова: «Со временем не только способ познания разделился на научный и вненаучный, но и сама философия – на материалистическую и идеалистическую<…> По существу, наука с ее сугубо материальным методом исследования являлась лишь одной из систем познания и в силу вышеупомянутого обстоятельства далеко не совершенной.

Вместе с тем, продолжала расти и развиваться другая система, идущая из глубины веков и сохранившая свои накопления на Востоке, ареале древнейшей культуры, тесно связанная с самим человеком и его внутренним духовным миром, система , в которой в течение тысячелетий формировались иные, более широкие взгляды на материю, нежели в науке. Эта система со временем захватила и мысль Запада и нашла свое отражение в религиозном опыте великих Учений. Огромная сумма знаний, накопленная в этом пространстве и долгое время отрицаемая в науке, становилась тем вторым крылом в универсальной системе познания, которого долгое время так не хватало сугубо материалистической науке» [1, с. 8–9].

Мы видим один из подходов к разрешению сложившегося противоречия через его историко-научное исследование. Здесь необходимо обратить особое внимание на роль и значение истории науки в познании мира.

История науки на методологическом уровне:
– реконструирует процесс генезиса познания историко-научным методом, исследуя определяющие факторы развития науки, механизмы становления нового знания, связи движения научного знания с развитием общества;
– способствует становлению теоретических основ науки, выступая в качестве важнейшего средства открытия законов природного мира, исследуя пути и логику познания природы и общества, развитие и трансформацию теорий и методов науки, их место и роль в познании объективной действительности;
– определяет методологические подходы к решению современных научных проблем на основе изучения вопросов теории и метода, преемственности, интеграции и дифференциации, периодизации и классификации познания через взаимосвязь национальных культур и взаимодействие национальных и мировых научных школ и центров.

На общенаучном уровне история науки решает следующие задачи:
– проводит исторический анализ развития научных проблем и идей, разрабатывая проблемы классификации науки, историко-научных знаний, путей их эволюции и структуры;
– обобщает историко–научный материал с целью воссоздания целостной картины познания Земли и обоснования периодизации ее истории, анализируя политические, культурные, этнические, экологические и информационные мировые процессы с определением причин и конечного продукта познания, методов, форм и способов изучения геопространства, условий познавательной деятельности и участников изучения;
– показывает становление мировых и национальных научных центров через формирование культурной среды, в которой функционируют научные сообщества и создается научное знание, рассматривая наиболее важные, узловые моменты и конкретные пути развития национальных историко-научных школ;
– представляет познавательную деятельность как основу жизнедеятельности человечества в процессе взаимодействия трех сфер человеческой деятельности, а современную науку - как компонент социальной системы общества через ее миссию в единении мира во взаимосвязи с культурами Запада и Востока и определения роли и вклада национальных культур в познание мира;

На специально-научном уровне история науки осуществляет:
– развертывание исследований во всех сферах природного и социального мира на широкой панораме динамично развивающегося знания;
– анализ путей достижения нового знания, форм и способов освоения различных объектов, выявляя заблуждения и ошибки, тупиковые пути;
– определение потенциала и востребованности историко-научного знания, его преемственности и взаимосвязи со сферами человеческой деятельности;
– формирование идеалов и нормы научной деятельности, обогащает культуру мышления исследователя;
– разработку методики историко-научного образования и обоснования учебных курсов по истории познания и истории наук.

Методологической основой в изучении Востока является закон зависимости развития востоковедения от уровня познания Востока. Это объективный закон познания взаимодействия практического и научного востоковедения, выступающий основой развития и смены уровня изученности Востока.

Закон утверждает взаимосвязь практического и научного востоковедения. Практическое востоковедение собирает информацию о Востоке, накапливает ее, систематизирует и делает выводы по использованию. По мере накопления больших массивов информации практическое востоковедение ее переработать не в состоянии. Эту информацию анализирует, классифицирует и синтезирует научное востоковедение, выступая мерилом абсолютного знания.

В дальнейшем, на определенном этапе развития, научное востоковедение как элемент более устойчивый и консервативный отстает от уровня знаний и начинает противоречить характеру (качественная сторона) и уровню (количественная сторона) развитию практического востоковедения. Научное востоковедение, вступив в противоречие с практическим, может не только тормозить его развитие, но и вести к разрушению.

Системное и наиболее полное познание Востока приводит к установлению соответствия между ними. Появляется новое знание и происходит переход на более высокий уровень познания. В этом законе научное востоковедение выражает стремление к абсолютному знанию и показывает практическому востоковедению путь к достижению знаний. И этот процесс постоянен.

Для понимания процесса познания важным является подход к всей совокупности системного получения знания Л. В. Шапошниковой: «В пространстве и времени ХIХ – ХХ вв. сформировались и получили относительное завершение два главных направления в познании: научное и вненаучное. Под научным имеется в виду прежде всего эмпирическая материалистическая наука и ее экспериментальный способ познания. Так называемое вненаучное направление объединяет самые разные способы познания, но имеющие общие принципиальные особенности» [2, с. 53].

Таким образом, историко-научная проблема познания нуждается в существенной корректировке и заключается в определении возможности изучения мира как ноосферного явления через воссоздание целостной картины становления и развития истории науки. Здесь историко-научный подход дает возможность рассматривать познание как процесс взаимодействия, изменения и развития объектов и явлений в пространстве и времени и как систему «Глобальное знание». Знания человека о мире, закономерностях его формирования являются результатом сложного, длительного и противоречивого процесса познания. Человек, а затем по мере развития общества и человечество в процессе жизнедеятельности постоянно познавало окружающий мир. Так познание географического пространства прошло первоначальный путь от изучения местности проживания человека и его рода – «ойкумены», затем региона проживания народа – «цивилизации», с окончательным выходом на исследования пространства и времени планетарного масштаба – «Вселенной».

Нами познание как процесс отражения мира через сознание берется за основу развития мира, а история познавательной деятельности человечества рассматривается через этапы исторического развития познания: прагматическо-познавательная, философско-познавательная, научно-познавательная и ноосферно–познавательная.

Для нас очень важным является видение этой периодизации Л.В. Шапошниковой, которая считает, что «… человечество в своей истории прошло через три вида мышления… – это мифологический, религиозный, научный, каждый из которых имел свои особенности, свою культуру, свою эпоху» [2, с. 55].

Действительно, на каждом этапе познание, формируясь, функционирует как целое в виде формы, а затем распадается на части по направлениям познавательной деятельности в виде содержания. Через определенный промежуток времени, когда количество выработанных знаний переходит в новое качество, происходит переход от старого содержания к новой форме познания. Причем каждый новый этап познания отличается от предыдущего своим мировоззрением, всеобщими понятиями – ойкумена, мир, бытие, материя, несущей основой – духовность и материальность, взаимодействием с природой, направленностью развития и региональностью, уровнем взаимодействия с практической и духовными сферами человеческой деятельности, развитием культуры, а также происходящими катаклизмами в природе и обществе.

По мнению В. И. Вернадского, активизацию познавательного творчества в переходные моменты человеческой истории можно сравнить со своеобразным «взрывом». Это достигается за счет того, что в течение нескольких десятилетий рождается большое количество людей, несущих в себе эту «разбуженную» творческую энергию.

Познание таким образом, проявляет себя в двух аспектах: как появления талантливых личностей, так и изменения энергетики планеты Земля. В. И. Вернадский полагал, что «такие проявления не могут быть случайными, а столь же подчинены весу и мере, как движенье небесных светил или ход химических реакций». Поэтому исследование истории и основных законов познания приводит нас к пониманию процесса становления картины мира, мировоззрения, выявления взаимосвязей материальной и духовной культуры. В этом смысле можно говорить и о культуре познания, и о диалоге цивилизаций. И здесь принципиальным является для нас положение, высказанное Л.В. Шапошниковой, что «Вненаучный способ познания формировался в течение ряда тысячилетий и развивался через человека, через его внутренний мир. Иными словами, этот способ существовал в духовном пространстве, границы которого много обширнее, чем те, которые имела эмпирическая наука, действовавшая в трехмерном поле плотной материи» [2, с. 53].

Для решения проблемы взаимоотношений «Запад – Восток» мы опираемся на цивилизационный подход, признающий как единство мирового историко-культурного процесса, так и наличие множественности уникальных культур, имеющих свой собственный путь развития, обусловленный естественно-географическими, историко-культурными, социально-экономическими и другими факторами. Такой подход основывается на истории изучения Востока и выражает одну из главных закономерностей общественного развития, а именно: стремление к взаимопознанию народов находится в зависимости от развития мировой цивилизации и уровня политического, экономического, научного, культурного, экологического сотрудничества стран Запада и Востока. Именно реализация этой закономерности лежит в основе плодотворного сотрудничества Беларуси со странами Запада и Востока, выступая как потребность в достижении национальных общественно-государственных интересов всех стран.

И если научная проблема в геополитическом плане заключается в разрешении противоречия «Запад – Восток» мирными средствами, то в геокультурном выражается во взаимодействии и взаимопроникновении западной и восточной культур. Автор предлагает разрешать эту научную проблему через историческое и постепенное вхождение западной культуры в восточную с переходом от региона к региону и исследованием взаимодействия и трансформации культур по сферам изучения. Так западная культура органически входит в сопряженное поле восточной культуры. А через взаимодействие культур и возможно осуществление диалога между Западом и Востоком.

Здесь необходимо понимать, что общий процесс изучения Востока происходит в порядке последовательной постановки геополитических, военно-стратегических и экономических проблем перед государством и его организационными возможностями для их решения. Государство в лице своих административных органов и общественных институтов выполняет эти задачи через своих представителей. Проведенное исследование межведомственной деятельности по организации изучения Востока дает возможность вывести закономерность соответствия функционирования системы институтов государственной власти, общественных, научных организаций в изучении Востока с проводимой государством геополитикой.

В процессе познавательной деятельности людей формируются знания, на основе которых возникают цели и мотивы человеческих действий. Интересы государства направлены на наиболее полное изучение зарубежных стран, их материальных и духовных ценностей. И только после такого изучения государство вступает в политические, экономические, военные и культурные отношения с зарубежной страной. Строя взаимоотношения с зарубежными странами, государство основывается на социально-экономическом развитии, общественно-идеологических установках, геополитическом положении, развитии науки, техники и образования своей страны. Но цель одна - достижение своих интересов и потребностей. Решение о выполнении этой цели принимается на основании практического и теоретического востоковедного знания и зависит от степени изученности конкретной страны.

Причем задача состоит в познании процесса в целом, в поиске научных связей Запада с Востоком, уяснении хода, причин, участников изучения восточных стран и народов. Именно с этих позиций необходимо рассматривать вопросы теории и метода, преемственности, интеграции и дифференциации, периодизации и классификации этого процесса. Только в этом случае современное востоковедение, будучи компонентом социальной системы общества, выполнит свое предназначение и миссию единения Востока и Запада.

Особенности развития познания в каждом из ее этапов отличаются не только по составу фактических знаний, но и по проблематике, методам изучения, способам доказательства и обоснования, а также по пониманию сущности познания, его целей и задач, роли в общественном сознании. В этом смысле все, что существовало до научного познания и существует сейчас, к примеру, в Индии и Китае, выглядит не анахронизмом и недоразвитостью, а познавательной человеческой деятельностью в иных формах познания, тесно связанного с особенностями восточного общества и его культуры. От этапа к этапу менялось содержание знания, выраженное в способах и стиле мышления, и как общий итог изменялась картина мира. Переход от старого содержания к новой форме проходил как «взрыв», разрушающий прежнюю и создающий принципиально новую картину мира. Но и ее ждала та же участь. Со временем она, так же как и предшествовавшая ей, сменялась на новую.

Процесс институционализации, начинаясь с вычленения специфической функции, которую исполняют творческие личности, завершается оформлением специальной системы учреждений и особой системы знания. Лишь после этого можно считать, что соответствующее знание развернулось полностью и приобрело всеобщий характер, а до этого возникали только отдельные ее элементы. Процесс формирования нового знания детерминируется внутренними и внешними факторами. Источниками являются как потребности и интересы собственного развития познавательной деятельности, так и рост ее социальной значимости и удовлетворения потребностей общества. Какой-то период времени оба эти процесса – внутренний и внешний – идут параллельно, пока не сформируется соответствующий социальный институт.

Таким образом, понимание познания как культурного, социального, природного явления было сложным, драматическим и длительным процессом. Временные и пространственные границы этапов познания четко очерчиваются временем и местом формирования личностей, занимающихся познавательной деятельностью, и возникновением социальных институтов, где они сосредоточиваются. Необходимым условием образования нового этапа познания является появление нового знания, выработанного исследователями. Человечество обязано всем, что оно имеет, этой немногочисленной когорте людей смотрящих, видящих и думающих. И они не обязательно должны быть философами и учеными. Это и практики, и люди искусства, и религиозные деятели. Без них человечество давно бы просто вымерло. Интересно знать, в каких странах и при каких обстоятельствах выдающиеся люди проявили себя на ниве познания, какие социальные, политические, экономические и культурно-исторические условия жизни, социально- психологические установки среды воздействовали на формирование личности и ориентацию ее интересов в зависимости от воспитания, образования, общественного мнения, природных условий проживания, отдаленности от культурных центров.

Л.В. Шапошникова и здесь дает нам возможность скорректировать наши подходы к периодизации, основываясь на том, что «Каждый из видов мышления имел свое пространство и свое время. Каждому из них предшествовали революционные изменения в духовно-культурном поле, или, коротко говоря – Духовные революции.

Определить время возникновения первого, самого древнего вида мышления – мифологического – сейчас крайне трудно, по всей видимости, оно исчисляется несколькими тысячелетиями до нашей эры. Мы знаем, что этот вид мышления имел ряд эксклюзивных качеств, отличавших его от последующих. Мы можем сказать, что мифологическое мышление зародилось на Востоке, самой древней в культурном отношении части нашей планеты.

Религиозному виду мышления предшествовала Духовная революция, давшая миру учение Христа. Само же мышление как таковое возникло в пространстве Европы в начальные века нашей эры.

Научный вид мышления сохранил за собой европейское пространство. Духовная революция также предшествовала зарождению этого мышления и проявила себя наиболее ярко в мысли французских энциклопедистов, а затем и в Великой французской революции 1799 г. Полагаю, что ХVII – ХVIII вв. были временем возникновения научного мышления и его главной основы – эмпирической науки.

И наконец, четвертый вид мышления, появившийся в результате Духовной революции в России в конце ХIХ – начале ХХ вв., имеет полное право называться Космическим мышлением. Исторические обстоятельства этого пространства и времени сложились так, что мы можем считать этот вид мышления чисто российским явлением, но имеющим тенденцию к полной глобализации» [2, с. 67 – 68].

При этом мы всегда должны понимать, что в основе познания Востока как общественно-исторического процесса лежит практическая, духовно-философская и научная деятельность людей. Критерием истинности выступает практика. Но практика, как развивающийся процесс, ограничена сложившейся на данный период времени геополитической обстановкой, географическими условиями, развитием общества и государства, его экономики, науки и техники, культуры. Здесь можно зафиксировать два противоречия: между степенью практического изучения и отражения его в достижениях науки и между достижениями науки и подтверждением их на практике. А так как процесс познания методологически проходит через анализ и синтез, то возникающие противоречия и служат стимулом к развитию востоковедения.

Если с временными рамками особых вопросов не возникает, то развитие познания в конкретных регионах мира необходимо хотя бы в общих чертах пояснить. И здесь вновь Л.В. Шапошникова обращает наше внимание на опыт исследования С.Н. Рериха: «Н.К. Рерих выделил важнейшие моменты переломного периода, такие как великие переселения народов, в которых он ... уловил ритм космической эволюции. Он увидел в этих передвижениях бурный энергетический обмен и возникновение новой энергии, необходимой для дальнейшего восхождения. Древние земледельческие цивилизации умирали, израсходовав свою энергию. Динамичный кочевой мир принес человечеству новую, свежую кровь, вдохнул необходимые ему силы [1, с. 74–75].

Формирование прагматически-познавательного познания мы приурочиваем к районам образования древних цивилизаций Востока. Философско-познавательное познание получило свое начало в Средиземноморье в VI в. до н.э., а научно-познавательное – это западноевропейское явление ХVI –ХVII вв., затем распространившееся по всему миру как экспортируемый товар. Формирование познания нами рассматривается как глобальный процесс. Оно осуществлялось, по мнению В. И. Вернадского, «не только в Европе, но и в индийском и китайском конгломератах человечества, на американском и африканском континентах». И если определенное знание рождалось независимо в Средиземноморье, Египте, Месопотамии, Индии, Китае, то его распространение шло от региона к региону постоянно и повсеместно, «вдруг» демонстрируя всплеск активности в конкретном районе планеты. Этим можно объяснить феномены появления империй – к примеру Монгольской.

При этом требуются большие усилия, чтобы не стать на проторенный путь простого описания совокупности знаний, путь голого теоретизирования, не обоснованного историческим материалом, путь сведения истории науки к общим представлениям эволюции познания. Конечно, мы понимаем, что невозможно разрешить все указанные противоречия и глобальные проблемы «здесь и сейчас», но именно история науки является той областью знания, которая позволит охватить в комплексе всю динамичную систему противоречий и проблем, проследить их взаимосвязь и функционирование, а затем наметить пути их разрешения. Более того, использование историко-научных знаний в практической деятельности людей предполагает наличие особой группы законов, показывающих, каким образом, в каких ситуациях, с помощью каких средств и для достижения каких целей могут применяться те или иные знания. Историко-научные знания как итог познания и исторический опыт человеческой деятельности, таким образом, включаются в систему деятельности и сами выступают в качестве особых форм, на основе которых формулируются процедуры деятельности. А это и есть познание Востока.

Вновь подтверждаю мысли Л.В. Шапошниковой: «Состав врагов нового не меняется из тысячелетия в тысячелетие. Это – невежество, низкий уровень сознания, тоталитарная претензия на Истину и властное стремление подчинить себе свободную мысль человека.

Извечна борьба старого с новым, света с тьмой, добра со злом. Но известны и их защитники. И извечна проблема – чью сторону мы выбираем. И только крепость нашего духа, ясный ум и достаточный уровень нашего сознания диктуют нам верный выбор на этой космической дороге в темный предрассветный час нашей истории и нашей эволюции» [2, с. 81].

Литература
1. Шапошникова Л.В. Философия космической реальности // Листы Сада Мории. Книга первая. Зов. М., 2003.
2. Шапошникова Л.В. Космическое мышление и новая система познания // Космическое мировоззрение – новое мышление ХХI века. Материалы международной научно-общественной конференции. М., Т. 1. 2004.