Сайт Рерихи и Беларусь на Facebook Наш сайт на youtube
РЕРИХИ И БЕЛАРУСЬ
сайт информационно-просветительской группы

Новости

31.10.2015

Замечательная жизнь


Из воспоминаний о С.Н. Рерихе

К.А. Молчанова, Председатель Эстонского общества Рериха

Что может быть лучше красоты и разве
можно без неё существовать.

Святослав Рерих

 

 

 

Это было в 1960 году. Тогда Святослав Николаевич Рерих впервые приехал со своей большой персональной выставкой на Родину после многих лет разлуки. Он давно уже был всемирно известным художником.

…И вот я слышу, как Святослав Николаевич беседует со зрителями и говорит, что жизнь вокруг полна значения и смысла и вся окружающая нас жизнь стремится выразить себя в красоте. Его слова я воспринимаю как молитву духа, как песнь любви, как полет в будущее. Вот они, эти слова:

«В Природе много красивого. Посмотрите на крылья бабочки, на цветы, на кристалл, на игру красок в небесах, в море, и вы увидите, что мы окружены исключительной красотой. Вся окружающая нас жизнь стремится выразить себя в красоте. Самцы одеваются весной в красочные оперенья, чтобы привлечь самку. И она реагирует на эту красоту. В Индии есть маленькая птичка-садовник. Она вьет свое гнездышко из веточек и листьев и украшает цветами. Каждый день уносит завядшие и приносит свежие цветы. Значит, это понимание красоты заложено во всем мире. И наше, человеческое стремление к красоте — то же самое. Оно исходит из глубин нашей общей природы. И когда мы стремимся выразить себя красиво, то понимаем, что это самое естественное отношение к миру, к жизни: самое рациональное и практичное».

Я была изумлена тем, как, оказывается, замечательно можно жить, любя все прекрасное. Теперь восхищаюсь и тем, как, оказывается, просто можно объяснить закон единства в Природе! Слушая Святослава Николаевича, я задумалась: а почему мне самой не пришла в голову такая простая мысль, что мы, люди, все люди, действительно окружены исключительной красотой; почему я забыла про бабочку, а он говорит о ней с детской простотой и благоговением!

Вспоминая Святослава Николаевича, я восторгаюсь его трогательным отношением к природе, которое выражалось и в словах и в живописи. В серии его картин «Весна. Священная флейта» видно, как ослики и буйволы напряженно вслушиваются в звуки флейты. И когда он рассказывал, как умно ведут себя слоны, его радость выражалась в неподражаемой улыбке и сопровождалась сдерживаемым легким смехом.

Голос Святослава Николаевича я постоянно слышу. Всегда, о чем бы ни шла речь, он непременно снова и снова возвращался к мысли о Красоте. Он говорил, что нужно устремляться к Прекрасному. «Поиски красоты — это то, что сблизит людей и спасет мир. Поиски красоты — это и желание создать что-то более совершенное: прекрасную жизнь, прекрасные отношения». И я думаю о том, как же мы обедняем себя, забывая порадоваться травинке, цветочку, распускающимся почкам на деревьях, ночной тишине, утренней или вечерней заре! «Как прекрасна природа, — писал Святослав Николаевич П.Ф. Беликову, — если ее понять и полюбить» (из письма от 01 04 1962).

Он говорил, что мы должны сознательно окружать себя прекрасными образами и заниматься каким-нибудь видом искусства, не только наблюдать окружающую красоту, но непременно и сами должны создавать красоту. Каждый человек это может. Когда я передала Святославу Николаевичу во время его последнего приезда в Москву сделанный специально для него подарок от эстонской рукодельницы, он поблагодарил и попросил сказать, чтобы она всегда продолжала создавать красоту своими руками.

Осознавая свое невежество, я боялась задавать вопросы Святославу Николаевичу, но постоянно чего-то ждала. И однажды (это было еще в 1960 году) он неожиданно спросил меня: «Чего вы, Кира, хотите в жизни?» После мучительной паузы я безотчетно ответила: «Духовной жизни!» Он встал из-за стола (мы пили чай в гостинице) и сказал: «Ну, посмотрим!..» И когда в 1989 году, при последней встрече, он меня наконец спросил: «Как живете, Кира?» — я с радостной готовностью, уже без страха, ответила: «Спасибо, Святослав Николаевич, — хорошо!» Он сказал: «Ну вот и замечательно!»

Как известно, в начале прошлого столетия, в 1910 году Н.К. Рерих привез свою семью на все лето в эстонский курортный город Гапсаль (теперь Хаапсалу). Хотелось знать, почему, и однажды я все-таки спросила об этом. Святослав Николаевич ответил просто: «Мы тогда были в Гапсале потому, что я часто болел от не очень хорошего петербургского климата. Врачи посоветовали нам грязелечение».

В январе 1975 года Девика Рани, узнав о моей работе над хронологией жизни и творчества Святослава Николаевича, настояла на том, чтобы он уделил мне внимание и уточнил факты своей биографии. С.Н. сделал это очень неохотно, он сказал, что говорить о себе ему совершенно не интересно, что главным в жизни он считает воплощение идей Николая Константиновича. Тогда я узнала, что Святослав Николаевич был деятельным членом Пакта Рериха и Знамени Мира, помогал Николаю Константиновичу завоевывать сторонников. Среди них были и французские военные деятели: маршал Лиотэ и маршал Жоффр, генерал Буро и генерал де Ланнюриэн, который ввел лекции о Пакте в программу военных школ. Они понимали неотложное значение Пакта. Святослав Николаевич сказал: «Невозможно заставить человечество измениться вдруг, сразу стать хорошим. Поэтому Николай Константинович придавал Пакту воспитательное значение, Пакт постепенно должен входить в жизнь, в обиход, как это было с Красным Крестом»

Вот что в связи с этим писал Святослав Николаевич Павлу Федоровичу Беликову: «Я считаю, что в моей жизни самым важным, самым прекрасным было мое сотрудничество с Николаем Константиновичем. И если мне удалось чем-либо помочь ему на его жизненном пути, именно эти моменты всегда останутся для меня самым дорогим моим вкладом на общее благо» (письмо от 15 01 1964). Просматривая свои записи, вижу, что Святослав Николаевич постоянно говорил об отце, всегда по-новому, красиво и разнообразно.

Я узнала тогда и другой интересный факт. Известно, что с началом Отечественной войны Юрий Николаевич подал заявление о вступлении в Красную Армию. Так вот, Святослав Николаевич сказал мне, что они это сделали оба, а не один только Юрий Николаевич. Защищать Родину — священный долг каждого. Здесь уместно привести слова Николая Константиновича: «Если человек любит Родину, он в любом месте земного шара приложит в действии все свои достижения» (Оборона Родины. 1941). И Святослав Николаевич в течение всех военных лет завоевывал друзей для Родины, организовывал в Индии выставки картин отца, выставлял и свои картины, собирая средства в фонд Советского Красного Креста и Красной Армии.

Тогда, в январе 1975 года я виделась со Святославом Николаевичем и Девикой Рани каждый день. Многое смогла запечатлеть даже на фотопленке, помимо стенографических записей. В Эрмитаж пришел фотограф из «Вечернего Ленинграда», чтобы сфотографировать Рериха для газеты. Святослав Николаевич захотел сделать это на улице. Он надел пальто, шляпу и вышел на дворцовую набережную. И я побежала вслед. Был пасмурный день, оттепель, шел мокрый снег. Несмотря на это, Святослав Николаевич снял шляпу и терпеливо ждал, пока фотографы найдут лучший ракурс. Так на этом фотоснимке Святослав Николаевич и запечатлен, устремленным в даль, с непокрытой головой в знак любви и уважения к родному городу, к Родине.

Большим событием в жизни Святослава Николаевича явилось его избрание Почётным членом АХ СССР в 1978 году. Он воспринял это звание с радостью как высокую оценку Родины не просто его выдающегося художественного таланта, но как признание в нём именно русского художника. Святослав Николаевич очень дорожил тем, что отец Николай Константинович Рерих был членом Российской Академии художеств. Поэтому получить такое же звание для Святослава Николаевича было также и продолжением заслуг отца перед Родиной. Я присутствовала на церемонии вручения Святославу Николаевичу Диплома Почётного члена АХ СССР 7 июня 1978 г., сфотографировала церемонию и записала его речь. Вот два фрагмента из того, что услышали собравшиеся:

«Сегодня исполнилось 70 лет, как Николай Константинович получил звание академика. И этот день особенно дорог и мне и всем, кто с ним работал, кто его знал. Николай Константинович был моим величайшим учителем. Он был тем, кто с самого начала, с самых ранних лет заложил во мне то, что мне удалось, может быть, развить. Но в одинаковой мере это и заслуга моей матушки Елены Ивановны. Я всегда считал и считаю, что именно то, что закладывается в нас в наши самые ранние годы, это то, что остаётся у нас на всю жизнь. Это то, что является нашей основой и формирует наш характер. (…) Для меня большая честь войти в великую семью создателей русского искусства, быть приобщённым к замечательным традициям русской академии, к её творческим принципам, которые я высоко ценю».

Радость и счастье для Святослава Николаевича были только в труде на Общее Благо. И вся семья жила и работала во имя Общего Блага людей, на пользу Родины и всего мира. И в этом была их общая семейная радость, потому что все четверо составляли единый духовный организм. Вот что написал Святослав Николаевич П.Ф. Беликову по этому поводу: «Только и думали о благе всех, поверх всяких внешних условностей, всяких ветхих ограничений» (письмо от 08 06 1962).

И не могу не привести цитату из очерка Николая Константиновича «Четверть века», 1942 года: «Нынче исполнилось четверть века наших странствий. Каждый из нас четверых в своей области накопил немало знаний и опыта. Но для кого же мы все трудились? Неужели для чужих? Конечно, для своего, для русского народа мы перевидали и радости, и трудности, и опасности. Много где нам удалось внести истинное понимание русских исканий и достижений. Ни на миг мы не отклонялись от русских путей. <…> Для народа русского мы трудились. Ему несем знания и достижения». И еще: «Ведь не для нас самих мы встречаемся и собираем все близкое и лучшее для нашего развития. Мы делаем это для тех неведомых нам, для будущих, которые оценят все, что делалось для мира всех, для мира всего мира» (Н.К.Рерих. Из книги «Держава Света». Изд. «Виеда», Рига, 1992, с.80).

И вот какое духовное завещание оставила эта великая семья всем поколениям: «Надо вернуть миру облик красоты!». Под этим девизом Международный Совет Рериховских организаций проводит нынче свои мероприятия, посвященные столетию со дня рождения С.Н. Рериха.

Мы восхищаемся живописью Святослава Николаевича, но мало кто знает о том, что С.Н.Рерих был также замечательным искусствоведом. Девика Рани присылала мне иногда бандероли с лекциями или статьями Святослава Николаевича об искусстве. Они написаны на изысканном английском языке, вызывающем восхищение. Некоторые из них опубликованы в МЦР, однако только в переводе на русский язык (см.: С.Н.Рерих. Стремиться к прекрасному. Изд. М., 1993; Свет искусства. Изд. М., 1994).

Однажды Святослав Николаевич сказал: «Я работал в области искусства не только как художник, но и как искусствовед. Меня всегда особенно интересовало искусство Востока, хотя занимался искусством Запада».

Ведь Святослав Николаевич изучал методы и приёмы работы старых мастеров, формулы приготовления красок, пигменты. На встрече с искусствоведами и востоковедами в Музее искусства народов Востока 8 июня 1978 г. Святослав Николаевич отвечал на их вопросы. Был и такой: «Действительно ли секрет Ваших красок из Тибета?» Ответ: «И да, и нет! У нас работало много тибетских художников, и каждый из них приготавливает свои собственные краски. И мы приготавливаем наши краски сами, хотя основной пигмент для них получаем из разных мест, большинство из Франции, из Англии, потому что эти материалы наиболее надёжные. Так было во времена Николая Константиновича, так продолжаю и я. Может быть, то, что эти краски замешиваются нами, а не являются покупными, тоже влияет на их сохранность, на их качество. Это вполне возможно!»

Мы находимся сейчас в прекрасном и необычном месте – общественном Центре-музее им. Н.К.Рериха. Корни же этого центра уходят в начало прошлого столетия, когда (уже в начале прошлого века) Н.К. Рерих хотел создать в России такое художественное учебное заведение, где каждый мог бы заниматься любым видом искусства или даже одновременно несколькими. Помешали революционные события на Родине. Затем Николай Константинович воплощал эту же идею в США, создав Институт объединенных искусств и Международный центр. Помешало гангстерское предательство. Наконец, снова Родина — воплощение идеи отца Святославом Николаевичем: создание Международного центра Рерихов с помощью своей Доверенной — Людмилы Васильевны Шапошниковой.

В Индии Святослав Николаевич тоже создал центр искусств и художественную школу. Для этого купил землю и курировал строительство. Центр является теперь достопримечательностью Бангалора.

В Болгарии намечалось создание подобного центра им. Н.К.Рериха. В Софии уже был выбран для этого большой особняк в самом центре города, но дело остановилось с уходом из жизни Л.Т.Живковой в 1981 г.

Я также узнала от Святослава Николаевича и была удивлена, что он интересовался судьбой славянских племен. В Париже было создано общество «Лужичи», Николая Константиновича избрали Почетным членом этого общества, а Святослав Николаевич стал президентом американской секции. Племена лужицкой культуры распространялись еще до нашей эры на обширной территории от побережья Балтийского моря до Дуная. Многие ученые считают их предками славян. В 70-е годы прошлого столетия сохранилось примерно 100 тысяч лужичей на территории Германии. Частично они были онемечены и находились на положении национального меньшинства, и все же со своим языком, обычаями и культурой.

Среди «Листов Дневника» у Н.К. Рериха есть два очерка — «Всеславянское» (1941) и «Славяне» (1944). В них говорится о братстве народов славянских и о том, как в истории они то приближались друг к другу, то «всякий сор мешал братскому единству». Но «вернутся братья-славяне ко всеславянскому единению — писал Николай Константинович. — Через все и поверх всего найдем строительные мысли, которые не в человеческих сроках…».

Мысль о братском единодушии для Рерихов была нерушима. Она воплощена в картине Н.К. Рериха «Земля Всеславянская». Это вера в братство народов славянских, которое «воссияет новыми путями». Еще Ф.М. Достоевский утверждал, что начало всемирному братству лежит в гении славян. Вся семья верила в это и в то, что Россия — пространство будущего, потому что эволюционно России предопределена космическая роль на Земле. Об этом Святослав Николаевич говорил постоянно и добавлял, что само собой ничего не случится. Предстоит потрудиться всем, устремляясь к более совершенной жизни во всех ее проявлениях. Он говорил о необходимости победы каждого человека над самим собой, о необходимости совершенствоваться, стараться изменить себя (не другого!), нести мир в себе и через себя. Хотя это очень трудно, обычно хочется указывать на других. В связи с этим Святослав Николаевич приводил высказывание Рамакришны о том, что каждого влечет свое, что характер человека подобен собачьему хвосту: как ни расправляйте, он все же завертывается. Поэтому бессмысленно изменять другого. Нужен только личный пример.

Святослав Николаевич замечательно относился к религии, к православию. Он говорил: «Я ценю и люблю истинное христианство». Беседуя, он часто приводил примеры или притчи из разных духовных источников. Он верил и знал, что со временем в жизни людей победит духовность. «И это такой же закон бытия, как смена времен года» — слова самого Святослава Николаевича. Вот одна из его ссылок на «Добротолюбие». Ученики спросили Антония Александрийского, который жил триста лет спустя после Христа: какая будущность у христианской церкви? Он ответил, что придет время, когда служители бога облекутся в драгоценные рясы, когда сосуды в церкви будут из драгоценного металла, сами церкви будут больше больших дворцов, а Христа у них не найдете, а найдете его у язычников.

Еще в 1960 году Девика Рани увидела у меня «Бхагавадгиту» и сказала: «Покажи ее Святославу Николаевичу, ведь у него такая же книжечка и он возит ее всегда с собой!».

Святослав Николаевич не только художник, искусствовед и общественный деятель, он был также и ученым. Он рассказал мне, что уже с детства увлекался естествознанием: занимался орнитологией, зоологией, ботаникой. В Институте же Гималайских исследований (руководил биохимической лабораторией нельзя так писать, потому что лаборатория тогда ещё строилась) проводил научные экспедиции по близлежащим районам Гималаев и по Западному Тибету, изучал аюрведу, травы, растения. Как-то в Ленинграде Девика Рани попросила меня купить мед на базаре. Святослав Николаевич сразу же открыл баночку, продегустировал и сказал: «Мед гречихи!» Для меня же мед тогда был просто «мед» и не означал никаких растений!

В институте «Урусвати» под руководством Святослава Николаевича были собраны большие фармакологические и ботанические коллекции. Он рассказывал, что долина Кулу всегда славилась лекарственными травами, и они вывозились оттуда. Но долина Кулу интересна также в геологическом отношении. Там имеются и архейские системы, и кристаллические. На высоте около 4 тысяч метров можно найти окаменелости моря. Места эти интересны для изучения кристаллов и древних сланцев.

Когда Святослав Николаевич приезжал в Москву, он всегда посещал Академию наук СССР и надеялся возобновить работу института «Урусвати». В Софии он договаривался также с болгарскими учёными и хотел начать с изучения местных систем медицины, потому что долина Кулу стоит на пересечении аюрведической, китайской и восточно-тибетской традиций.

О Святославе Николаевиче можно говорить бесконечно. Многое из моих воспоминаний уже опубликовано. Тем не менее, всегда хочется подчеркнуть его мудрость и уважение ко всем людям, независимо от общественного положения человека. Я воспринимала Святослава Николаевича как родного для всех Человека.

Исследования Святослава Николаевича в области эфироносных растений завершились созданием собственной плантации мексиканских деревьев бурсеры на юге Индии под Бангалором, куда он переехал после женитьбы на Девике Рани — Первой Леди индийского экрана. Вот что она написала однажды мне о Святославе Николаевиче:

«Самое прекрасное в Святославе — это абсолютная простота. Он совершенно прост, как малый ребенок, и его сердце полно любви не только ко всем живым существам, но и ко всей Вселенной. Он кажется настроенным на Беспредельность, и тем не менее он умеет приложить руки к любой самой незначительной работе, если ее надо выполнить. Он каждого встречает обходительно, с любовью и интересом. И я не перестаю удивляться его бесконечному терпению, которое наблюдаю в течение всей нашей совместной жизни, и все же продолжаю удивляться тому, как чудесно он умеет жить» (письмо от 25 ноября 1968 г.).

И в заключение хочу еще сказать об улыбке Святослава Николаевича. Это была не просто улыбка. Это было сияние. Оно согревало и делало человека счастливым. Он очень любил людей, всех нас, и своим примером подсказывал путь к человеческому благородству, достоинству и счастью. Он завещал нам радоваться Красоте и творить Красоту.

«Будем всегда стремиться к Прекрасному! Святослав Рерих».